Приветствую Вас Гость | RSS

Эпоха Средневековья

Суббота, 16.12.2017, 13:56
Главная » Статьи » Военное дело » Военное дело

Английское коммандование

Английское коммандование

Командная структура английской армии не отличалась сложностью. Армии, по большей части, были экспедиционными силами, которые недолго оставались в полевых условиях. Обычно войско делилось на три больших баталии (или, по нынешним меркам, "корпуса”), как в 1359 г. Обычно одной из них командовал король или командующий армией, но и остальные имели своих командиров, обычно высокого ранга, которые, впрочем, иногда назначались лишь перед самой битвой. Жан ле Бель пишет, как утром 26 августа 1346 г. у Креси Эдуард III поручил первую баталию своему сыну, дав ему в помощники графов Уорвика и Стаффорда, вторую – Нортгемптону, Суффолку и епископу Дарэмскому, а сам возглавил третью. Командующий обычно управлял своим войском со стороны и в бой вступал лишь тогда, когда приходилось использовать резерв. Хотя Черный Принц заявил при Пуатье, что "Вы не увидите меня показывающим спину в этот день, но я всегда буду в первых рядах”, он держался подальше от гущи боя чуть ли не до самого конца.

Если государь не мог вести свои армии в бой (скажем, этому препятствовал возраст, как с Эдуардом III), его мог заменять ближайший родич, желательно сын, и лучший пример этого правила – Эдуард Черный Принц. Джон Гонт однажды был отправлен на войну просто по той причине, что король и Черный Принц не могли тогда возглавить войско. В последние годы правления Эдуарда англичане снарядили 5 больших экспедиций на континент, и честь возглавить их была возложена на королевских сыновей: дважды Гонт, один раз Томас Вудстокский, а в другой Эдмунд Лэнгли был одним из командующих. Зять короля, граф Пембрук, был поставлен во главе сил, отправленных в Гасконь (1372 г.). Но то были все люди молодые и малоопытные. Впрочем, нередко при номинальном полководце состоял опытный наставник, и такова была роль Джона Чандоса при Пуатье. Он же командовал армией при Орэ, хотя формально ее возглавлял Жан де Монфор, герцог Бретонский. И он же давал советы и указания юному Джону Гонту при Нахере (сам Гонт на протяжении своей жизни всегда внимательно относился к рекомендациям своих советников).

Поскольку Столетняя война происходила на территории Франции, коннетабль и граф-маршал так и не достигли того высокого положения, каким пользовались французские коннетабли и маршалы. Английская военная администрация на французских территориях, однако, неизбежно испытывала определенное местное влияние. Наиболее характерные последствия этого взаимодействия двух систем – назначение Гемфри Стаффорда, герцога Бэкингема, коннетаблем Франции (в 1430 г.) и Тэлбота – маршалом Франции (в 1436 г.). Тем не менее, коннетабль (или констебль) и граф-маршал Англии или специально назначенные маршалы (два маршала обычно временно назначались в армиях, собранных по контракту) были старшими военными командирами в походе в армиях, возглавляемых королем. Они отвечали за состояние и организацию армии. Армии на других театрах военных действий тоже имели своих коннетаблей и маршалов. К концу войны современники, безусловно, считали традиционные должности маршала и коннетабля отжившими свой век. Фастольф в 1450 г. советовал во время похода во Франции командующему "иметь двух лордов, чтобы те были его коннетаблем и маршалом его войска, уверенных рыцарей, которые перед этим приобрели большие знания и опыт в войнах, управлять его войском, исполняя законы о гербах и распоряжения, какие считают самыми необходимыми”.

Обязанности Графа-маршала (консервативная Англия сохраняет этот пост и поныне) и коннетабля уже в конце XIII в. были неясны современникам (это факт!). Однако, от конца XIV столетия (вероятно, 1380-е гг.) до нас дошли трактаты, посвященные этому вопросу, хотя неизвестно, насколько они отражали современную практику и реальность. Маршал имел право на выплаты от всех тех, кто приносит присягу королю, и всех тех, кто был помещен в его тюрьму. В военное время он получал все штрафы, собранные монаршим судом, исключая дела придворных рыцарей и эсквайров. Также ему шли все трофейные разномастные животные, а также (по крайней мере, в начале XIV в.) еще доспехи и деньги командира сдавшегося вражеского гарнизона, и 2 бочки (504 галлона) вина, штуку лучшего сукна и долю воска от всех сдавшихся городов. Коннетабль получал всех животных без рогов, свиней и неподкованных лошадей, и все торговцы и проститутки, бывшие при армии, обязаны были отдавать ему по 4 пенни в неделю (любопытный источник дохода! вот уж страсть англичан к порядку!). Оба этих чиновника должны были ставить войска по квартирам, разбивать лагерь и расставлять часовых. Маршал (вместе с клерком Гардероба) отмечал выполнение военной повинности дворянства и был правомочен присутствовать на военных советах. Он должен был поддерживать порядок в войске и предотвращать дезертирство. Коннетабль получал (причем эти крохотные оклады жалованья не менялись с начала XII столетия!) 5 шиллингов в день, пребывая вне двора, и 3 шиллинга 6 пенни, если столовался при дворе.

"Маршал Франции” (Тэлбот) должен был руководить военными действиями для поражения французов, организовывать сбор и смотр вооруженных сил и осуществлять судебную власть маршала.

Еще в наличии были губернаторы, наместники и генерал-капитаны, руководившие пограничными округами и оккупированными провинциями, с полномочиями набирать и устраивать сбор армиям на королевском жалованье, ставить гарнизоны в города и замки и назначать своих капитанов. Т.е., в Нормандии генеральные наместники командовали отдельными регионами, и им подчинялись капитаны, командовавшие важными замками.

Не существовало стандартного перечня полномочий для получивших назначение. В контракте короля и Нортгемптона (1345 г.) указывалось, что граф должен быть Хранителем Бретани, на суше и на море, с властью высокого и низкого суда, и правом разрешать все спорные вопросы и противоречия, миловать осужденных даже в делах, связанных с казнью и лишением конечностей. Он должен был устраивать походы против врагов на суше и на море, брать города, замки и крепости, заключать перемирия, назначать и смещать чиновников, и король обещал поддерживать его во всем. Оговаривались и финансовые аспекты. Но когда в следующем году Хью де Гастингс был назначен капитаном Англии во Фландрии, он должен был лишь отправляться в походы и шевоше на французов и сражаться и уничтожать их. Когда в 1355 г. Эдуард назначил Черного Принца наместником Гаскони, вопрос о жалованье и "деньгах, достаточных для умиротворения жителей страны”, был поставлен перед такими полномочиями, как право заключать перемирия. Король отвечал за снабжение провиантом 4 городов, и в случае их захвата, принц ни за что не отвечал. Если принц попадал в неприятности, король обещал выручить его.

Типичный капитан XV столетия Томас, лорд Скейлз (ок.1399-1460), рыцарь Подвязки с 1425 г., во Франции с 1421 г. Участник битв при Ба-Куртиль (1427), Божанси (1428) и Патэ. Он последовательно занимал посты капитана Вернейля (1423), Сен-Жак-де-Беврон (1427), Понторсона, Лувьера (1430), Домфора (1433), Сен-Ло (1435), Руана (1436), Гранвиля (1441). Или, скажем, сэр Джон Кресси (1407-1445) из Нортгемптоншира (на военной службе с 1429 г.). Впервые он упоминается на посту заместителя графа Арундела, капитана Руана (1432 г.). Затем он участвует в экспедиции 1435 г., возглавляя собственную роту. В декабре этого года он служит сборщиком гарнизона Ле Кротуа, а в феврале 1436 г. получил под начало гарнизон в Э, вскоре захваченном французами. В следующем году он получает пост заместителя герцога Йорка в Кане (до декабря 1437 г.). В 1441 г. Кресси участвует в экспедиции Йорка и обороне Понтуаза, а потом принял должность капитана Жизора, где оставался до осени 1442 года. К февралю 1444 г. он становится капитаном Орбека, Лизье и Пон-л’Эвека, и оставался в этом ранге (возможно, он был и советником короля во Франции) до самой смерти, последовавшей 3 марта 1445 г. в Лотарингии.

Наместнику подчинялись сенешали, местные бальи, капитаны городов и кастеляны, но единой системы должностей не было. За несколькими исключениями (назначения Дэгуорта и Бентли наместниками Бретани и Чандоса – сенешалем Пуату) большинство постов заполнялось выходцами из знати, как и места капитанов прибрежных городов (в первую очередь Кале) с 1380-х годов. После злополучного совместного командования армией в 4000 человек Ноллиса ("Робер Грозный” французов), Томаса де Грандисона, Алена де Боксхелла и Томаса Буршье (1370 г.), пост наместника отныне поручался только аристократу. Высокородным подчиненным "старого бригана” (хотя они и приложили печати к патентам, где обещали подчиняться Ноллису, помогать ему делом и советом) не понравилось получать приказы от рыцаря, который появился на свет как простолюдин (и начал военную карьеру как лучник). Дошло до того, что Джон Минстерворт, командовавший крупнейшей свитой в армии, попросту дезертировал, а по возвращении Ноллиса в Англию, ему был предъявлен ряд обвинений (хотя ему удалось оправдаться, а Минстерворт был осужден за измену).

Это не означает, что англичане не ценили опыт "профессиональных” капитанов, этих воистину gens de guerre, причем людей не столько guerre guerroyable, сколько guerre mortelle – такими профессионалами всегда жила любая армия. Но им находили применение в качестве независимых командующих на второстепенных театрах военных действий. Например, сэр Томас Дэгуорт, сэр Джон Хардрсгуль и сэр Уолтер Бентли – эти опытные солдаты из рядов мелкого дворянства с горсточкой своих солдат на протяжении десятилетий удерживали для своего короля Бретань. Но нельзя сказать, что им отводилось самое почетное место в военной иерархии, которую непременно возглавлял монарх (даже Генрих VI обязан был вести свои армии). Скажем, в 1359 г. баталиями командовали король, принц Уэльский и герцог Ланкастер, и у обоих последних, что также неслучайно, были самые многочисленные свиты.

Пример Ноллиса лишний раз подчеркивает те условия, которыми руководствовался монарх при выборе полководца. Вопросы чести и чувства гордости неизбежно были связаны с необходимостью. Перед битвой при Орэ, Кэлвли, которого Чандос попросил возглавить арьергард, отказался, поскольку не считал себя подходящим для этой задачи. Чандос настаивал, и наконец сказал, что или сэр Хью сделает это, или он сам поведет арьергард. Лишь тогда Кэлвли согласился. С вопросами чести были связаны и вопросы социального положения. Меморандум королевского совета 1340-х гг.: "Также, что граф Арундел назначается адмиралом, поелику никто не может быть им, если он не un grant [знатный, буквально "большой”, человек]”. Сэр Джон Фастольф очертил образ идеального полководца 1450 года: он должен быть "военачальником благородного и знатного положения, со знаниями и военным опытом”.

В числе командующих иногда случались и прелаты, и епископы Дарэма и Йорка постоянно участвовали в Шотландских войнах. Томас Хатфилд, бывший придворный клерк Эдуарда III, получивший кафедру в Дарэме, был истинным воином и командовал арьергардом английской армии в Нормандской экспедиции (1346 г.). Впрочем, в Столетнюю войну наиболее "отличился” Генри Диспенсер, епископ Норича (1370-1406 гг.). Похоже, что его воодушевил легкий успех над мятежной чернью в 1381 г., и два года спустя он настоял на крестовом походе во Фландрию, против сторонников схизматика Клемента VII. Эта бездарно организованная экспедиция окончилась, естественно, полным провалом, а на родине епископа и его капитанов поджидал парламентский импичмент. На сем его военная карьера и завершилась. Неудивительно, что прелатов в латах и с мечом в руке настоящие военные нередко недолюбливали (ранний, но характерный пример: в 1298 г., в битве при Фолкерке, один из подчиненных епископа Дарэмского, в ответ на приказ совершить такой-то маневр, послал его служить мессу и не учить их рыцарским делам).

Несколько слов о военных чиновниках. Клерки королевского двора (Кабинета и, прежде всего, Гардероба) организовывали в походах выплату жалованья войскам, сбор и распределение припасов, ремонт, фактически, исполняли роль штабных офицеров. Результаты их работы производят впечатление по сей день – десятки научных работ по истории английской средневековой армии основываются именно на огромном количестве тех документов, что оставили после себя эти чиновники. На службе у магнатов состояла собственная администрация – Черный Принц использовал Джона Хенкстеворта, ревизора своего двора, в качестве казначея в ходе шевоше 1355-1356 гг.

Глава Гардероба, Уильям Норвелл, отвечал за кампании 1338-1340 гг., в 1359 г. его преемник, Уильям Фарли, возглавил администрацию королевской армии в походе на Реймс. Он был, по выражению Т.Ф. Таута, "не только смотрителем придворных счетов, но казначеем армии и дипломатической службы”. Ему помогали ревизор Уильям Кли и казначей Томас Брантингем. Но этот коллектив справился с задачей гораздо хуже своих предшественников, в чем, безусловно, надо винить усложнившуюся военную структуру и возросшую масштабность военных действий. М. Прествич отмечает, что "документы короны с середины XIV века не производят того же впечатления высокого уровня бюрократического управления войной, как в дни Эдуарда I”, и королевские клерки больше не назначались в экспедиционные силы. Впрочем, завоевав Нормандию, практичные англичане вновь разработали сложную административную машину.

Категория: Военное дело | Добавил: Europa (23.06.2010) | Автор: Нечитайлов М.В.
Просмотров: 938 | Теги: Армия, Англия, Столетняя война | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]