Приветствую Вас Гость | RSS

Эпоха Средневековья

Вторник, 23.07.2019, 02:06
Главная » Статьи » Военное дело » Военное дело

Армии Английских гражданских войн (1642-1649). Вооружение. Часть 2
Кавалерия
    На сбор кавалерии ополчения 1637 г. явилось 5239 всадников (тогда как пехоты было 93718 человек!). Это были легкоконники (787), копейщики (327), кирасиры (1251), аркебузиры (1270) или карабинеры (30) и драгуны (86). Хотя аркебузиры (они считались легкой кавалерией) составили лишь 1/4 ополченцев, именно они стали основным типом кавалериста Гражданской войны и Армии Новой Модели. В 1629 г. в их снаряжение входили нагрудник за 9 шиллингов, наспинник за 7 шилл., горжет за 3 шилл., и шлем (с нащечниками и забралом из одной решетки) за 11 шиллингов. Пара пистолетов с кремневым замком стоила 2-3 фунта, кремниевая аркебуза – 1 фунт 16 шиллингов (с ремнем и прочим снаряжением), карабин – 1 фунт.
    В 1644 г. офицер парламента Джон Вернон описывал вооружение аркебузира: «Его оборонительное оружие только открытая каска или шлем, наспинник и нагрудник с кожаным колетом под его оружием; его наступательное оружие – хорошая аркебуза [или] карабин, висящий на его правом боку на вертлюге, пороховница и лядунка, и ключ, и хорошие кремневые пистолеты в кобурах. У его седла добрый крепкий остро наточенный меч, и добрый чекан [боевой молот] в его руке, хорошая высокая лошадь высотой 15 полных ладоней, сильная и подвижная…». В том же году Джордж Монк добавил, что защитное вооружение кавалериста «шлем с тремя небольшими железными решетками для защиты лица, наспинник и нагрудник; все три непробиваемые из пистолета; перчатка для его левой руки и хорошая длинная кожаная перчатка. Двойной кожаный кушак около восьми дюймов шириной, который носится под полами его дублета». Оружие – «карабин, или мушкетный ствол длины ствола карабина», с кремневым замком; пара пистолетов, длинная рапира и ремень. Ранее Крузо («Военные инструкции для кавалерии», 1632 г.) дает описание защитной экипировки аркебузира: «(Кроме хорошего кожаного колета) он должен иметь нагрудник и наспинник кирасирского доспеха, более чем непробиваемые из пистолета, шлем».
    Эти отрывки можно сравнить с набором предметов, выдаваемых кавалерии Армии Новой Модели в 1645/1646 году. «Две сотни шлемов с тремя перекладинами английских» (по 8 шиллингов), «59 карабинов полного калибра и проверенных с вертлюгами» (по 12 шиллингов 9 пенсов за штуку), «820 [плечевых] карабинных ремней из хорошей кожи и прочные пряжки согласно образцу» (по 8 пенсов), «500 патронташей». А также «две сотни пар кремневых пистолетов полного калибра и проверенных, с кобурами из опойка внутри и снаружи, хорошо сшитыми и смазанными жиром» (20 шиллингов 4 пенса за пару – обычно пистолеты обходились в 18-26 шиллингов), «две сотни лат наспинных [и] нагрудных и шлемов» (по 20 шиллингов за комплект), «шпаги и ремни» (по 4 шиллинга 8 пенсов). Доспехи после изготовления испытывали на прочность, и многие нагрудники несут на себе след пули.
    Роялистов нередко изображают без лат, однако ряд документов опровергают подобные утверждения. Так, 14 декабря 1642 г. роте капитана Джерарда Крокера выдали 33 двусторонних кирасы, 33 шлема, пару наручей, две краги (видимо, имеются в виду встречавшиеся тогда железные перчатки с металлическими же крагами до локтя, защищавшие левую руку, державшую уздечку), 13 пар кобур и 25 горжетов. (Конная Лейб-гвардия короля в январе 1643 г. тоже получила горжеты в придачу к шлемам и двусторонним кирасам.) Однако, всего капитан запрашивал 44 комплекта защитного вооружения для всадников, да и некомплект латных ошейников и кобур означает то, что королевские войска питали определенную нехватку доспехов.
    Поэтому в кавалерии Первой Гражданской войны можно было встретить и металлические шляпы, бургонеты, средневековые салады (один такой, с металлическим козырьком в стиле гражданских войн, хранится ныне в Тауэре), шлемы-морионы елизаветинских времен, и прочие семейные реликвии «времен Очаковских и покоренья Крыма». Но самый популярный шлем Гражданской войны и Армии Новой Модели – «открытый спереди» вариант, с козырьком и назатыльником и обычно с присоединенной к козырьку решеткой из одного-трех (три пластины более характерны для изготовленных в Англии шлемов, один – для импортных) прутьев, закрывающих лицо. Этот круглый шлем (порой с наушами) был известен как pot («горшок»).
    Под кирасой (поверх нее иногда надевали верхнее платье), а иногда и вместо нее всадник часто носил прочный колет из толстой бычьей кожи (бледно-желтого оттенка), обычно с широкими рукавами, а то и безрукавный, нередко с воротником-стойкой. Его длинные полы укрывали не только верхнюю часть ноги, но и седло. Колет часто усиливался кусками кольчуги там, где кираса не могла предоставить защиту. Колеты из Литлкоут-Хауз (примерно 1649-1660 гг.) состоят из четырех панелей с широкими заходящими друг на друга полами. Толщина кожи варьируется от 0,06 дюйма до 0,22 дюйма, вес колета составляет 4 фунта 4 унции – 7 фунтов 8 унций. Небольшой стоячий воротник пробит дырочками для пригонки тесемок и пуговиц для застежки. По фронту колет застегивается на 8 пар крючков, а 14-34 отверстия (в среднем по 16) для тесемок, которые завязывались внизу и вверху только для декоративного эффекта. Корпус колета подложен тонким холстом, между ним и кожей – слой грубого полотна. Колет, похоже, шился согласно размерам будущего носителя. Все колеты выкрашены (по окончании изготовления) охрой снаружи и изнутри повсюду, разве что под подкладкой – эта часть осталась натурального цвета кожи. Другие образцы колетов демонстрируют более сложный покрой. Куски кожи при этом пришивались, но не заходили друг на друга. На колете полковника Брука «двойные» рукава – это могла быть двойная одежда: верхний колет из толстой кожи, со своим небольшим воротником, рукавами ниже локтя и полной юбкой, и внутренний колет – из более тонкого материала, с воротником, но с полными рукавами и длиной до талии, где он был вшит во внешний колет. На колете майор Сандерса высокий воротник-стойка, а «верхние» рукава по краю с зубчатой каймой.
    В августе 1642 г. 53 колета стоимостью 1 фунт 18 шиллингов каждый были поставлены роте парламентариев, а в 1646 г. полковник Торп получил три колета по цене от 4 фунтов 10 шиллингов до 1 фунта 10 шиллингов.
    Для защиты ног от ударов шпаги Монк рекомендовал носить ниже кирасы кожаный кушак из двойной буйволиной, бычьей или воловьей кожи примерно восемь дюймов шириной, «который должен носиться под полами его дублета и пристегиваться к его дублету, и шиться так, чтобы они могли присоединяться друг к другу».
    В Армии Новой Модели со временем, похоже, проявилась тенденция к отказу от кирас и шлемов. Монк писал: «Поскольку защитное вооружение всадников и пикинеров было весьма незначительным в то время, я так понимаю, что солдатский долг идти в поход, чтобы победить, а не быть убитым; и я должен обратить внимание наших молодых кавалеров на то, что люди не носят лат не потому, что они напуганы опасностью, а потому что они не боятся этого». В 1654 г. большинство конных полков в Шотландии не было обеспечено кирасами, но Монк с успехом экипировал их латами и шлемами для похода, а после его завершения забрал обратно. По обычаю, в период Протектората, когда полк отправлялся из Англии на службу в Шотландию, его защитное вооружение оставалось на хранении в Тауэре, и при необходимости выдавалось кавалеристам с шотландских складов. Впрочем, часто конникам позволяли оставить при себе шлемы, причем иногда даже кирасы выдавались половине полка, но шлемы – всем. Отмена защитной экипировки зашла столь далеко, что в июле 1658 г. полк У. Локхарта уплыл во Фландрию вообще без оружия, исключая шпаги! Прибыв на место, Локхарт писал Турло, упрашивая его «отдать приказ, дабы они могли быть тотчас быть обеспечены пистолетами и карабинами; защитное вооружение может еще немного подождать, если только оно не в полной готовности».
    Несмотря на то, что большинство кавалеристов Гражданских войн именовались «аркебузирами», на вооружении у них состояли и карабины. Джервез Маркхэм в 1625 г. считал, что  у кавалериста должна быть «аргобуза» (sic!) длиной 39 дюймов (99 см), «и калибр из 20 пуль на фунт» (44 на 1 кг). Но Джон Крузо (1632 г.), Роберт Уорд (1639 г.) и Вернон (1644 г.) ратовали за более легкую и короткую «аркебуззу» (sic!) – 2,5 фута (76 см) длиной, «калибр приходится из 17 пуль в фунте». (По словам Крузо, единственное отличие карабинера от аркебузира это карабин, у которого 24 пули на фунт; то есть, 37 и 53 пули на 1 кг соответственно; впрочем, мысли Крузо, конечно, чрезвычайно интересны, но всякий раз должны проверяться на основании реальных документов того времени.) Монк в 1644 г.: «Карабин, или мушкетный ствол длиной со ствол карабина, снабжен кремневым замком: который я считаю намного лучшим, чем карабин для службы». Правительство в 1630 г. требовало длину ствола в 2,5 фута с калибром из 24 «закругленных» пуль на фунт. В 1638 г. упоминается карабин с кремневым замком, носившийся на вертлюге ремня, ствол его длиной 2 фута 6 дюймов, вновь упоминается о 24 пулях с фунта. Сохранившиеся до наших дней карабины, принадлежавшие, вероятно, парламентской коннице, имеют стволы длиной 21,5 дюйма и ствол (калибром 0,82 дм) немного больше, чем у стандартного мушкета (0,8 дм).
    Такой видный историк, как Ч. Ферт, полагал, что конница Восточной Ассоциации графа Манчестера (Железнобокие Кромвеля, например) в отличие от конницы Эссекса, не получала карабинов, и обходилась одними пистолетами. Скажем, Ричард Саймондс из Лейб-гвардии короля в своем дневнике отмечает, что во время стычки 24 августа 1645 г. с 4 ротами круглоголовых последние все имели двусторонние кирасы, шлем, «пару пистолетов, у офицеров больше». Однако, конница Новой Модели в 1645-1646 гг. карабинами частично все же была вооружена (заказ в 1502 карабина и 7650 пар пистолетов), включая даже офицеров. Наконец, и роялисты, предпочитавшие «голландскому образцу» парламентариев (стоя на месте встретить противника залпом и атаковать со шпагами – такая тактика удержалась до 1644 г.) атаку с холодным оружием в шведской манере (сохраняя пистолеты для преследования), тоже выдавали своим кавалеристам карабины. Конный полк Тайлдсли и Конная лейб-гвардия короля была вооружена ими, как, возможно, и Конная лейб-гвардия королевы. Впрочем, в начале войны огнестрельного оружия роялистам (у которых большинство рот экипировалось за счет собственных командиров) все же недоставало. Кларендон пишет, что «офицеры были счастливы, если им удавалось добыть старые наспинники и нагрудники и шлемы, с пистолетами и карабинами для двух или трех первых шеренг, и шпаги для остальных; себе … достав, помимо пистолетов и шпаг, короткий чекан». Также он описывает отряд в 800 всадников, где «немногие были вооружены большим, чем шпагой». Так, в декабре 1642 г. конный полк Эстона получил только пару кремневых карабинов, 4 карабина без замков, 13 ремней для карабинов, а также 18 шпаг без ножен и 6 шпажных ремней.
    В ходе Ирландской кампании конница часто использовалась в пешем строю, потому возникла необходимость в усилении ее огневой мощи. И в ноябре 1650 г. Государственный совет приказал выслать 3000 карабинов для английской кавалерии в Ирландии, «ибо без них войска не могут энергично преследовать врага, который летучими отрядами (которые наша пехота не может догнать) нападает на квартиры и совершает частые убийства и ограбления, и конница из-за нужды в карабинах не может в ущельях и болотах производить такие разрушения, какие может». Ранее подобный эксперимент провели в Западной Англии. Совет 6 июня 1650 г. решил «выдать конному полку полковника Десборо 300 наспинников, нагрудников и шлемов; и поскольку число пехоты в тех районах невелико, 300 карабинов и ремней для кавалеристов, посредством чего они смогут делать свое дело или тому подобную службу». В январе 1651 г. генерал-лейтенанта конницы Ладлоу сопровождала в Ирландию рота в 100 конников со шпагами, пистолетами, в латах и с «мушкетонами». На время кампании в Шотландии (1653-1654 гг.) конные полки, находившиеся там, получили карабины или кремневые мушкеты. Наконец, в армии Монка конница тоже располагала огнестрельным оружием – современник отметил, что в феврале 1660 г., в двух его конных полках, вступивших в столицу, каждый второй имел карабин сбоку, кроме шпаги и пары пистолетов.
    Кавалерийские пистолеты того времени иногда были колесцовыми (сложными и склонными заедать, к тому же – недешевыми, по меньшей мере на 1 фунт дороже кремневых), но чаще снабжались разными формами кремневого замка, более дешевого и простого в обращении. Парламентарии были вооружены именно кремневыми пистолетами отечественного производства, тогда как роялисты экипировали свои войска преимущественно колесцовыми образцами неважного качества, завезенными с континента, например, из Голландии. Так, принц Руперт в октябре 1642 г. заказал 30 пар кобур, столько же лучших ключей и лучших пороховниц, а также 100 формочек к пистолетным пулям для вооружения своей роты.
    В 1630 г. Военный совет настаивал, чтобы пистолеты имели стволы 18 дюймов длиной, но описания импортных французских пистолетов времен гражданской войны говорят о длине ствола в 26 дюймов, т.е. они были слишком длинными, чтобы их можно было засунуть в английские кобуры. Крузо рекомендует длину ствола в 46 см и 44 пули на 1 кг, Маркхэм же предпочитает 66-см стволы и 79 пуль на кг, что явно чересчур. Стандарт, принятый после Реставрации, равнялся 14 дюймам. Тернер пишет о 2 футах для самых длинных и 16 дюймах для самых коротких. В качестве экзотики отметим роту валлонов в Эссексе (1648 г.), вооруженных пистолетами, у которых ствол – с раструбом – мог вместить по семь пуль!
    Впрочем, какой бы ни была длина ствола, пистолет использовали только в ближнем бою, как из-за неточности стрельбы, так и по причине малого калибра. Чтобы пробить кирасу противника, приходилось поднести к ней вплотную свое оружие. Но и это не всегда помогало. Роялистский капитан Ричард Аткинс описывает бой с кирасиром парламента (сэр Артур Хэслридж) при Раундуэй-Даун: «Он разрядил свой карабин первым, но на расстоянии, не повредив мне, а потом один из своих пистолетов, до того, как я подошел к нему, и оба раза промахнулся. Затем я тотчас же напал на него, и коснулся его перед тем, как я разрядил мой [пистолет]; и я уверен, что я попал в него, ибо он пошатнулся, и тут же выскочил из своего отряда и побежал. Через 120 ярдов я подошел к нему и разрядил в него другой пистолет, и я уверен, что я попал в его голову, поскольку я коснулся ее перед выстрелом». Но как ни старался Аткинс, а потом и капитан Бэк («тоже разрядил в него пистолет, но с тем же успехом, что прежде»), сэр Артур (о его доспехах см. ниже) остался цел и невредим и даже не попал в плен.
    Для боеприпасов (пороховой заряд в бумажном патроне считался плохой заменой другим способам содержания и дозировки черного пороха) Вернон рекомендовал аркебузиру иметь лядунку и пороховницу: «А если вы употребляете патроны, вы должны найти в вашей лядунке (Carttreg case) обточенную деревянную булавку, которую вы должны взять, обрезать клочок бумаги примерно шире, чем булавка в длину, и обмотать бумагой булавку, затем скрутить один конец бумаги и заполнить ее почти всю порохом, потом положить пулю поверх пороха, скрутить этот конец тоже, затем положить в вашу лядунку». Однако, Вернон отстаивал и использование пороховницы, поскольку из патронов на конской рыси «высыпается весь порох». Крузо и Маркхэм советуют всаднику заряжать из пороховой фляжки, но иметь про запас не менее шести готовых патронов с собой. Тем не менее, в счетах Новой Модели значатся заказ 2200 «патронов» и 700 патронташей, а также 1200 патронных лядунок для драгун – но в тот же день заказали сходное число карабинов и ремней, поэтому возможно, что и лядунки предназначались для конницы. Внешний вид и устройство лядунок неизвестны, но они могли напоминать образцы XVI в.: «полукруглые» металлические коробки с деревянной основой, просверленной для помещения туда шести патронов.
    Холодным оружием служила прочная прямая рубящая шпага (или «палаш» с эфесом в виде половинки корзины) на перевязи через плечо, хотя в первые месяцы войны, по словам Тернера, использовались и традиционное оружие джентльмена – рапиры; про сабли ровным счетом ничего не известно. Чекан был символом должности у Джентльменов-наемников (конной гвардии короля), но изредка появлялся и в обычной роялистской коннице (см. выше).
    Хотя среди формирований довоенной конницы ополчения встречались копейщики, современник (укрывший под инициалами J.B.) отметил в 1661 г., что копья в коннице «теперь обычно отменены и не использовались вовсе в наших последних Гражданских войнах, разве что у герцога Гамильтона было немного их, когда он вторгся в Англию в 1648 году, но их копья были лишь полупиками, и их защитное вооружение было весьма скудным, так что они не очень пригодились им тогда». Но копьями была вооружена часть шотландской конницы. При Марстон-Муре эскадрон полка лорда Балгони пробился к победоносной кавалерии Кромвеля на левом фланге, ибо «будучи копейщиками, они атаковали вражеский полк пехоты и обратили его весь в бегство». Вооружение шотландцев в 1639 г. описано как состоящее из «карабина в руке, двух пистолетов сбоку [видимо, заткнутых за голенища сапог] и еще двух у седла»; но позднее требовались только пара пистолетов «большого калибра» (пули мушкетные) и шпага. В 1644 г. шотландцы требовали 1000 пар кремневых замков, «потому что оружие наших всадников ежедневно выходит из строя или теряется». Правительство требовало вооружать пистолетами один эскадрон (т.е. половину полка), а второй – копьями. Но всю кавалерию, набранную в 1650 г., велено было не снабжать кирасами и вооружить пиками (некоторые из старых частей, однако, сохранили огнестрельное оружие – полк генерал-лейтенанта Дэвида Лесли, например), и еще в 1648 г. соотношение копейщиков было выше, чем в прежних кампаниях. И в стычке при Муссельбурге передняя шеренга шотландской кавалерии состояла из копейщиков, обративших в бегство всадников Кромвеля (1650 г.).
   В Ирландии, после печального опыта столкновений с копьями конницы шотландского контингента в Ольстере, мятежная конница графа Кэслхэйвена в конце концов отказалась противостоять им, пока ее не обеспечат доспехами. Два первых ряда ирландских всадников были снабжены защитным вооружением, и Оуэн Рой по той же причине вооружил свои кавалерийские полки пистолетами (4 роты) и копьями (1 рота). Любопытно отметить, что сами шотландцы в большинстве случаев обходились одними шлемами (либо «стальными шапками», т.е. морион или кабассет) и колетами; летом 1651 г. шотландской кавалерии досталась привезенная из Швеции партия доспехов, выгруженная близ Данди. Не имея зачастую кирас (невзирая на требования 1640-х гг. об их наличии) и восседая на маленьких, легких и слабых конях, они поневоле были вынуждены делать основной упор на скорость и маневренность копейщиков как единственную возможность хоть как-то противостоять «железной стене» английской кавалерии. В противном случае, шотландцы «никогда не смогут выдержать атаку или сдержать удар вражеской конницы».
    Крузо описывает доспех кирасира: закрытый шлем с забралом, горжет, кираса, усиление нагрудника (поверх кирасы), наплечники, наручи, металлические перчатки, набедренники, наколенники, юбка панциря, меч с поясом, колет под латы, кремневые пистолеты у седла (ствол 18 дюймов длиной, калибром 20 пуль на фунт) и копье длиной 18 футов. Но кирасиры в Англии практически не использовались. Полным доспехом кирасира обладали в годы Гражданской войны лишь немногие офицеры и джентльмены-рядовые (хотя все полковники, генералы и короли приказывали рисовать себя на портретах именно в таких рыцарских латах). Владельцы нескольких экземпляров могли жертвовать их в войска. Когда Ричард Аткинс формировал свою роту (60 кавалеристов) в январе 1643 г., «мастер Даттон отдал мне 30 стальных наспинников, нагрудников и шлемов, и два человека и лошади полностью бронированы» (как кирасиры?). Редкостью в Англии была лошадь, способная нести кирасира. Такой доспех был, конечно, очень дорогим (4 фунта 10 шиллингов в 1629 г., когда снаряжение аркебузира стоило всего 2,5 фунта), тяжелым (человек в нем «не мог без большого труда залезть на лошадь») и неудобным (Эдмунд Ладлоу едва не замерз в нем в ночь перед битвой при Эджхилле), но весьма надежным, хотя Иаков I заявил, что он спасает жизнь носящего его и не дает ему поранить кого-либо другого! При Эджхилле кирасир парламента, «бронированный с головы до ног» атаковал принца Уэльского (на портрете кисти У. Добсона юный принц сам показан в черном эмалированном кирасирском доспехе с позолотой) с братом, и ничего не могли с ним поделать, пока джентльмен-наемник Мэтьюс не «покончил с делом» ударом чекана. При Хоптон-Хит (19 марта 1643 г.) граф Нортгемптон спешился и был окружен врагами, но отказался сдаться, и был неуязвим для ударов в своих кирасирских латах, и погиб только от «удара алебарды по задней части его головы», когда «его шлем был хитро сбит ударом приклада мушкета».
    Но не считая отдельных немногочисленных богатых индивидов (король Карл иногда надевал полный кирасирский доспех, но не в бою, а по торжественным случаям, и принц Уэльский как-то появился в Йорке во главе конной роты, нося «очень курьезный позолоченный доспех»), лишь две кавалерийских части из кирасир служили в Первой Гражданской войне, и обе на стороне парламента. Это были рота Лейб-гвардии графа Эссекса (в ней и служил Ладлоу) и полк сэра Артура Хэслриджа. (Монк в своих заметках позднее вообще игнорировал кирасир, «потому что немногие страны могут позволить себе коней, пригодных для службы кирасирам»; следует опровергнуть как голословные утверждения о том, что кирасирское снаряжение получило всеобщее распространение к концу войны – как раз тогда кирасиры и исчезли.) Полк Хэслриджа, сообщает Кларендон, «был столь изумительно бронирован, что они были прозваны другой стороной полком раков, из-за их блестящих железных панцирей, в которые они были облачены, будучи идеальными кирасирами; они были первыми, вооруженными таким образом, с обеих сторон, и сначала произвели впечатление на конницу короля, которая, будучи без доспехов, не могла вынести столкновения с ними; кроме того, их не беспокоили удары шпагой, которая была почти единственным оружием других». Однако, за защиту пришлось платить отсутствием маневренности, и при Раундуэй-Даун полк Хэслриджа был разбит наголову, когда встретил атаку роялистов, стоя на месте! Сам сэр Артур был тогда еще «в кольчуге поверх лат и шлеме (я уверен) не пробиваемом из мушкета», и все усилия роялистов, атаковавших его, так ни к чему и не привели. Лишь когда его лошадь споткнулась, Хэслриджу пришлось сдаться, но его тут же отбили свои. Когда эту историю поведали Карлу I, король изрек: «Будь он так же снабжаем припасами, как укреплен, он мог бы выдерживать осаду в течение семи лет!».

    Драгуны
    Маркхэм в 1625 г. рекомендовал драгунам (которых он явно представлял кавалеристами) носить «открытый шлем с нащечниками, и добрый колет с глубокими полами» (оба пункта так и остались благим пожеланием). В качестве огнестрельного вооружения он советовал мушкет со стволом 16 дюймов длиной, с кремневым замком, носившийся на кожаном ремне через правое плечо. Также драгун должен был носить ремень с пороховницей, ключом и сумочкой для пуль, и шпагу (видимо, более короткую, чем в коннице). В реальности драгуны Гражданской войны вооружались шпагами и мушкетами на ремнях, «со стволом несколько шире обычного, висящим на ремне на вертлюге сбоку», по словам Вернона (обычно мушкет кремневый). Пистолетов не было (разве что у офицеров – подполковник парламента Джеймс Карр в 1643 г. располагал карабином и тремя парами пистолетов). Однако, драгунские роты Восточной Ассоциации снабжались шпагами, пистолетами с кремневыми замками и мушкетами на крюках. Еще один военный теоретик в 1649 г. предлагал «кулеврины и пороховые фляжки», плюс «свиные перья» в количестве двух – каждое длиной 142 см, с наконечником в 15 см.
    Поскольку драгуны, ездящая пехота, воевали прежде всего в пешем строю (но при случае атаковали и верхом), Монк рекомендовал мушкеты с кремневыми замками, и драгуны Новой Модели обычно снабжались ими (с перевязями на крюках в 1649 г.). Так, в счетах за июль 1645 г. указано «200 драгунских мушкетов с кремневыми замками по 15 ш. 6 п. за штуку». В декабре закупили 1000 кремневых «драгунских мушкетов», длиной по 4 фута. В январе 1646 г. для драгун Новой Модели заказали 1200 лядунок, «из прочной пластины, крытых черной кожей, из них 700 полукруглых, а остальные 500 двойные», а также 1000 карабинных ремней «из доброй кожи», с пряжками, и 700 ремней на лядунки. Полагают, что лядунки все же предназначались для конницы (или это набрюшные сумы для пехоты?), а драгуны обходились бандельерами. Но нет никаких упоминаний о выдаче драгунам бандельеров.
    Хотя драгун старались вооружать кремневым огнестрельным оружием (они всегда стояли в пикетах и караулах), роялистам нередко приходилось отказываться от подобного принципа. Так, в расписке от 21 ноября 1642 г. читаем: «Выдать полковнику Эд. Грею для его драгунского полка двенадцать мотков фитиля, четыре бочонка пороху, два бочонка пуль для мушкета и два для карабина». Т.е., речь идет о карабинах и фитильных мушкетах. В декабре 1642 г. Военный совет короля в Оксфорде приказал всем мастерским производить мушкеты для драгун, длиной только 3 фута. Со временем роялистские драгуны начали переходить на кремневые мушкеты – 30 кремневок выдали драгунам принца Руперта в ноябре 1644 г.
    Крузо в 1632 г. советовал вооружать драгун, помимо фитильных мушкетов, еще и пиками с кожаными темляками посередине древка. Другие военные теоретики тоже говорят о полупиках драгун. Но J.B. отметил в 1661 г., что «в этих наших Английских войнах было замечено, что драгуны редко использовали пики». (Возможно, за исключением шотландцев – полк Фрейзера, например; кстати, шотландские драгуны обычно имели фитильные, а не кремневые, мушкеты с бандельерами, а за голенища сапог затыкали пистолеты.) В 1643 г. полковник драгун принца Руперта Джон Иннз временно сдал на склад 39 мушкетов и 39 «пик» его заболевших солдат, но Иннз также был генерал-адъютантом пехоты, да и потом (1643-1644 гг.) он получал для драгун Руперта мушкеты, но не пики.
    В качестве экзотичного оружия отметим охотничьи ружья, дубины и серпы, а также вилы и цепы парламентских «драгун Мурлэнда», образованных в районе Лика.

    Литература:
    Asquith S. New Model Army 1645-60. Osprey, 1981.
    Elliot-Wright P.J.C. Firelock Forces // Military Illustrated (MI). 1994. № 75.
    Firth C.H. Cromwell’s Army. L., 1921.
    Gush G. Renaissance Armies 1480-1650. S.l., 1982.
    Haythornthwaite Ph.J. "Lobsters”: 17th century cuirassiers // MI. 1992. № 51.
    Haythornthwaite P.J. The English Civil War 1642-1651: An Illustrated Military History. L., 1994.
    Honeywell C., Spear G. The English Civil War Recreated in Colour Photographs. L., 1993.
    Mungeam G.I. Contracts for the Supply of Equipment to the New Model Army in 1645 // Journal of Arms & Armour Society. 1969. Vol. VI. № 3.
    Reid S. Covenanters: Scots Infantry in the 1640s // MI. 1989. № 19.
    Reid S. Scots Armies of the English Civil Wars. Osprey, 1999.
    Reid S. Dunbar 1650: Cromwell’s most famous victory. Osprey, 2004.
    Roberts K. Soldiers of the English Civil War (1): Infantry. Osprey, 1989.
    Roberts K. Matchlock Musketeer 1588-1688. Osprey, 2002.
    Roberts K. First Newbury 1643: The turning point. Osprey, 2003.
    Roberts K., Tincey J. Edgehill 1642: First Battle of the English Civil War. Osprey, 2001.
    Tincey J. Soldiers of the English Civil War (2): Cavalry. Osprey, 1990.
    Tincey J. Ironsides: English Cavalry 1588-1688. Osprey, 2002.
    Tincey J. Marston Moor 1644: The beginning of the end. Osprey, 2003.
    Young P. The English Civil War Armies. Osprey, 1973.
    Использована общедоступная информация сети Internet.
Категория: Военное дело | Добавил: Europa (27.12.2009) W
Просмотров: 1617 | Теги: история, Английская гражданская война, вооружение, Англия | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]